ВОСТОК. АФРО-АЗИАТСКИЕ ОБЩЕСТВА: ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ

  • Publisher Федеральное государственное унитарное предприятие Академический научно-издательский, производственно-полиграфический и книгораспространительский центр Наука
  • Country Россия
  • Web https://elibrary.ru/title_about.asp?id=8601

Content

СОВРЕМЕННАЯ ДИСКУССИЯ О ПОЛИТОГЕНЕЗЕ У КОЧЕВНИКОВ-СКОТОВОДОВ

КРАДИН НИКОЛАЙ НИКОЛАЕВИЧ

Социальная динамика в обществах кочевников-скотоводов является дискуссионным во- просом в гуманитарных науках. В общих очерках по глобальной истории и социокультурной эволюции кочевники затрагиваются лишь косвенно. Марксистские исследователи уделили в ХХ в. этой проблеме больше внимания. Дискуссия прошла через несколько этапов. Затянувшиеся споры о сущности кочевых обществ не привели к созданию общепринятой теории (предклассовое общество, раннее государство, различные трактовки феодализма, номадный способ производства) продолжают существовать и по- ныне. В начале XXIв. обсуждались и другие теории – суперсложное вождество (Крадин), кочевая ци- вилизация (Масанов), «безголовое государство» (Снит). Предметом обсуждения стал вопрос о том, что является основой специфики крупных политий номадов – внутренняя природа скотоводства (Ди Космо, Ханичерч и др.) или особенности адаптации кочевников к внешнему оседлому миру (Хазанов, Голден, Барфилд и др.). После ожесточенных дебатов были открыты три новые перспективы: во- первых, исследователи сошлись на том, что различия между оседлыми и кочевыми обществами очень условны; во-вторых, модель синхронности подъема и упадка кочевых империй и аграрных государств неприменима к тюркам и монголам; в-третьих, описания кочевников в источниках оседлых народов очень тенденциозны...Социальная динамика в обществах кочевников-скотоводов является дискуссионным во- просом в гуманитарных науках. В общих очерках по глобальной истории и социокультурной эволюции кочевники затрагиваются лишь косвенно. Марксистские исследователи уделили в ХХ в. этой проблеме больше внимания. Дискуссия прошла через несколько этапов. Затянувшиеся споры о сущности кочевых обществ не привели к созданию общепринятой теории (предклассовое общество, раннее государство, различные трактовки феодализма, номадный способ производства) продолжают существовать и по- ныне. В начале XXIв. обсуждались и другие теории – суперсложное вождество (Крадин), кочевая ци- вилизация (Масанов), «безголовое государство» (Снит). Предметом обсуждения стал вопрос о том, что является основой специфики крупных политий номадов – внутренняя природа скотоводства (Ди Космо, Ханичерч и др.) или особенности адаптации кочевников к внешнему оседлому миру (Хазанов, Голден, Барфилд и др.). После ожесточенных дебатов были открыты три новые перспективы: во- первых, исследователи сошлись на том, что различия между оседлыми и кочевыми обществами очень условны; во-вторых, модель синхронности подъема и упадка кочевых империй и аграрных государств неприменима к тюркам и монголам; в-третьих, описания кочевников в источниках оседлых народов очень тенденциозны. На самом деле все было гораздо сложнее. Кочевники внесли свой вклад в активи- зацию контактов и обменов между различными цивилизациями, а также выступали в качестве ак- тивного субъекта внешней политики и глобальных исторических изменений

"ЗЕМЛЯ" КАК ТЕРРИТОРИАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВО: КРОСС-КУЛЬТУРНЫЙ АНАЛИЗ РАННИХ ФОРМ ГОСУДАРСТВЕННЫХ ОБРАЗОВАНИЙ

АЛИКБЕРОВ АЛИКБЕР КАЛАБЕКОВИЧ

Кросс-культурный анализ феномена «территориального государства» (англ. Territorial State, нем. Territorialstaat), который изначально восходит к племенной территории – «Земле», проведен с помощью транссубъектного системно-коммуникационного подхода, который определяет доминантную форму политических связей и отношений для каждого Ego, жившего в конкретное время и в конкретной местности. Этот новый подход учитывает не формальную, номинальную, а фактическую иерархию, реальные отношения соподчиненности в конкретном обществе. Важнейшим источником для определения доминантных политических (по сути тоже коммуникативных) связей и отношений являются актуальные для изучаемого периода правовые документы, регулирующие «жизненный мир» человека того времени. Территориальные государства – это первые крупные государственные образования, исторически применявшееся понятие «земское государство», производное от слова «земля». В эту категорию также включаются и многочисленные государства-поместья Западной Европы IX–XIII вв...Кросс-культурный анализ феномена «территориального государства» (англ. Territorial State, нем. Territorialstaat), который изначально восходит к племенной территории – «Земле», проведен с помощью транссубъектного системно-коммуникационного подхода, который определяет доминантную форму политических связей и отношений для каждого Ego, жившего в конкретное время и в конкретной местности. Этот новый подход учитывает не формальную, номинальную, а фактическую иерархию, реальные отношения соподчиненности в конкретном обществе. Важнейшим источником для определения доминантных политических (по сути тоже коммуникативных) связей и отношений являются актуальные для изучаемого периода правовые документы, регулирующие «жизненный мир» человека того времени. Территориальные государства – это первые крупные государственные образования, исторически применявшееся понятие «земское государство», производное от слова «земля». В эту категорию также включаются и многочисленные государства-поместья Западной Европы IX–XIII вв., которые принято считать формами «сословной», или «сеньориальной» монархии. Образование союзов общин, с которого начинается «Земля» как территориальное государство, представляет собой начало процессов не только социогенеза, но и политогенеза. «Земля», или территориальное государство, рассматривается как особая форма системы политической организации, промежуточная между городом-государством (полисом) и абсолютной (реальной, а не номинальной, и потому истинной) монархией.

ВАССАЛИТЕТ НА ЗАПАДЕ И НА ВОСТОКЕ: ПРОБЛЕМА ОТНОШЕНИЙ ИМПЕРИИ ЦИН С МОНГОЛИЕЙ И ТИБЕТОМ

КУЗЬМИН СЕРГЕЙ ЛЬВОВИЧ

Обсуждаются формирование отношений вассалитета в Европе и их дальнейшая трансформация, а также различные формы феодального подчинения в государствах Азии. Показано, что, хотя разнообразие таких форм в Азии выше, чем в Европе, по некоторым из них имеется сходство. Выделено несколько типологических признаков вассалитета, общих для Европы и Азии: подчинение нижестоящих представителей знати (вассалов) вышестоящим (сеньорам, монархам) с клятвой верности, обязательством или письменным соглашением;служба (особенно военная, но также административная, и/или помощь, выплата дани, налогов и т.п.) вассалов сеньорам; пожалование вассалам сеньорами земли, другого имущества или прав в обмен на верность и службу; одинаковое понимание обеими сторонами данных отношений. Те формы отношений, которые не включали какой-либо из этих признаков, нельзя считать вассалитетом. Не являлись им и ситуации, когда обе стороны трактовали свои отношения по-разному. Монголия в цинское время была вассалом маньчжурской династии, но Тибет не был им. Связи Тибета с империей Цин лучше всего описываются отношениями «наставник–покровитель», так как только этот тип отношений не отрицали обе стороны.

BANū KINDA IN HADJAR IN THE SECOND HALF OF THE SIXTH CENTURY

МИШИН ДМИТРИЙ ЕВГЕНЬЕВИЧ

This study deals with a particular aspect of the history of the Banū Kinda tribal confederation, namely, with its domination over Hadjar (North-Eastern Arabia). The Kindite rulers of Hadjar were descendants of Muʻāwiya al-Djawn (‘the Black’), son of Ḥudjr, founder of the Kindite royal house and vassal of the kings of Himyar and Saba (Yemen). Muʻāwiya and his son al-Ḥārith ruled over Yamama, whereas al-Ḥārith Ibn ʻAmr al-Ḥarrāb (‘the War-Wager’), the famous king and warrior, who belonged to a different branch of the Kindite royal family, moved to the north-east and became a vassal of the Sasanids. In the 520–530-es the Sasanids and their Lakhmid vassals persecuted al-Ḥārith Ibn ʻAmr and his subjects, which made it necessary for al-Ḥārith Ibn Muʻāwiya to move from Yamama to the region of Mecca. Afterwards Muʻāwiya, son of al-Ḥārith Ibn Muʻāwiya, became a vassal of Abraha, the Ethiopian ruler of Yemen, resuming the old Kindite practice of serving rulers of Yemen. In 553–554 Abraha got possession of the Arabs from the Hadjar region and appointed Muʻāwiya his governor over it...This study deals with a particular aspect of the history of the Banū Kinda tribal confederation, namely, with its domination over Hadjar (North-Eastern Arabia). The Kindite rulers of Hadjar were descendants of Muʻāwiya al-Djawn (‘the Black’), son of Ḥudjr, founder of the Kindite royal house and vassal of the kings of Himyar and Saba (Yemen). Muʻāwiya and his son al-Ḥārith ruled over Yamama, whereas al-Ḥārith Ibn ʻAmr al-Ḥarrāb (‘the War-Wager’), the famous king and warrior, who belonged to a different branch of the Kindite royal family, moved to the north-east and became a vassal of the Sasanids. In the 520–530-es the Sasanids and their Lakhmid vassals persecuted al-Ḥārith Ibn ʻAmr and his subjects, which made it necessary for al-Ḥārith Ibn Muʻāwiya to move from Yamama to the region of Mecca. Afterwards Muʻāwiya, son of al-Ḥārith Ibn Muʻāwiya, became a vassal of Abraha, the Ethiopian ruler of Yemen, resuming the old Kindite practice of serving rulers of Yemen. In 553–554 Abraha got possession of the Arabs from the Hadjar region and appointed Muʻāwiya his governor over it. Muʻāwiya built al-Mushaḳḳar, the principal fortress of Hadjar. Lakhmid king ʻAmr III (554–569) in the beginning of his reign drove the Kindites out of Hadjar, but after his death they recovered it. Muʻāwiya ruled over Hadjar in the time of al-Nuʻmān III’s reign in al-Ḥīra (579–601). Before the end of the 6th century Banū Kinda left Hadjar, which may have been due to Muʻāwiya’s death, and migrated to South Arabia.

THE ANGKOR BOREI INSCRIPTION K. 557/600 FROM CAMBODIA: AN ENGLISH TRANSLATION AND COMMENTARY

ЗАХАРОВ АНТОН ОЛЕГОВИЧ

The author offers the first complete English translation of the Old Khmer inscription K.557/600 from Angkor Borei, which dates from 611 CE. It is the earliest dated inscription of Cambodia known today. This source was first published by George Cœdès in 1942. He translated the inscription into French but omitted the names of servants. Since his edition there has been no attempt to produce the full translation, except the Russian translation by Anton O. Zakharov in 2016. The inscription sheds light on the ancient Khmer personal names and sobriquets. Namesofservants or ‘slaves,’ whowere granted to various gods, i.e. religious foundations, by various donators, were of Sanskrit, Old Khmer, Austronesian, and Austroasiatic origin. But servants who bore these names or sobriquets played similar social roles. Thus, names of different origin were not indicators of different social status.

ОЧЕРКИ ИСТОРИИ ПРЕПОДАВАНИЯ РУССКОГО ЯЗЫКА В СИНЬЦЗЯНЕ ВО ВРЕМЯ ДИНАСТИИ ЦИН (КОНЕЦ XVIII – НАЧАЛО XX В.)

ЛАПИН ПАВЕЛ АНДРЕЕВИЧ

По мере развития связей между Россией и Цинской империей актуальным становился вопрос подготовки китайскими властями кадров, владевших русским языком. Наибольшая потребность в таких специалистах ощущалась в приграничных районах империи, где были сосредоточены основные двусторонние контакты. В спектре приоритетов российской внешней политики Синьцзян, с которым у России имелась протяженная общая линия границы, занимал одно из важнейших мест. Активная военно-дипломатическая и торгово-экономическая детальность россиян в этом китайском регионе, в том числе, создала предпосылки для формирования там структур государственного аппарата, отвечавших за различные аспекты двусторонних отношений, в том числе подготовку переводчиков для местных служб. Изучение истории русистики в Синьцзяне весьма актуально. Появившаяся там еще в конце ХVIII в. школа русского языка стала первым официальным учебным заведением по преподаванию нашего языка, учрежденным китайскими властями за пределами столицы...По мере развития связей между Россией и Цинской империей актуальным становился вопрос подготовки китайскими властями кадров, владевших русским языком. Наибольшая потребность в таких специалистах ощущалась в приграничных районах империи, где были сосредоточены основные двусторонние контакты. В спектре приоритетов российской внешней политики Синьцзян, с которым у России имелась протяженная общая линия границы, занимал одно из важнейших мест. Активная военно-дипломатическая и торгово-экономическая детальность россиян в этом китайском регионе, в том числе, создала предпосылки для формирования там структур государственного аппарата, отвечавших за различные аспекты двусторонних отношений, в том числе подготовку переводчиков для местных служб. Изучение истории русистики в Синьцзяне весьма актуально. Появившаяся там еще в конце ХVIII в. школа русского языка стала первым официальным учебным заведением по преподаванию нашего языка, учрежденным китайскими властями за пределами столицы. В начале ХХ в. именно синьцзянские администраторы первыми среди других региональных руководителей инициировали отправку учащихся в Россию на учебу, что было в интересах популяризации русского языка в китайском приграничье. Вместе с тем, несмотря на большое внимание властей к развитию русистики в Синьцзяне, открывшиеся там учебные заведения не смогли в полной мере обеспечить подготовку специалистов этой категории. В исторической литературе того периода встречается крайне мало упоминаний о выпускниках школ с русским языком, впоследствии ставших известными русистами.

К ВОПРОСУ О ЖАНРОВОЙ КОНЦЕПЦИИ ЛЮ СЕ И ЕЕ МЕСТЕ В РАННЕСРЕДНЕВЕКОВОЙ КИТАЙСКОЙ ЛИТЕРАТУРНОЙ МЫСЛИ

СТЕЖЕНСКАЯ ЛИДИЯ ВЛАДИМИРОВНА

Трактат Лю Се (465/466–520/522) «Резной дракон литературной мысли» («Вэнь синь дяо лун») часто рассматривают как квинтэссенцию раннесредневековой китайской литературоведческой мысли, поскольку он превосходит другие сочинения своего времени как по размеру (примерно 40 тысяч иероглифов), так и по сложности структуры, и по глубине проработки вопросов теории и практики литературы. В данной статье же делается попытка оспорить эту идею и показать, что по многим своим взглядам Лю Се намного опередил свое время. Анализируя жанровую концепцию «Резного дракона...», автор останавливается на двух важных вопросах. Первый – это вопрос о связи жанра с понятиями традиционных китайских «литературных родов» «вэнь» и «би» и с формой художественной речи. Второй – вопрос иерархии жанров, заданной порядком их описания в трактате. Автор оспаривает распространенные представления о Лю Се как о стороннике деления литературы на вэнь и би только по признаку рифмы. По ее мнению, Лю Се считал, что для характеристики литературных жанров содержание произведений важнее чисто формальных черт.

ЦЕННОСТНЫЕ ОРИЕНТАЦИИ АФРАЗИЙСКОЙ ЗОНЫ НЕСТАБИЛЬНОСТИ: ГЕНДЕРНЫЕ ИЗМЕРЕНИЯ

КОРОТАЕВ АНДРЕЙ ВИТАЛЬЕВИЧ, МЕЩЕРИНА КИРА ВЛАДИМИРОВНА, СЛИНЬКО ЕЛЕНА ВИКТОРОВНА, ШИШКИНА АЛИСА РОМАНОВНА

В статье рассматриваются ценностные ориентации Афразийской зоны нестабильности на основе двух гендерных измерений: потестарного и экономического. В Афразийскую зону нестабильности авторы включают Ближний Восток (включая Северную Африку) и Большой Средний Восток (включая Среднюю Азию и Пакистан), а также страны Сахеля. Проведенный анализ позволяет сделать вывод, что по некоторым ценностным показателям страны Афразийской зоны образуют достаточно компактный кластер, который заметно отличается как от стран Африки южнее Сахеля, так и от восточно-исламских стран (Бангладеш, Индонезия и Малайзия). При этом особо выражены в этих измерениях отличия стран Афразийской зоны от Африки южнее Сахеля. Восточно-исламские страны достаточно сильно отличаются от стран Афразийской зоны в политическом гендерном пространстве, однако их отличия не столь выражены в экономическом гендерном пространстве, хотя и эти отличия, тем не менее являются статистически значимыми. Данное обстоятельство неплохо коррелирует с тем, что для стран Африки южнее Сахеля характерна высокая экономическая активность женщин, что радикально отличает их от стран Афразийской зоны, для большинства которых характерны рекордно низкие показатели доли экономически активных женщин...В статье рассматриваются ценностные ориентации Афразийской зоны нестабильности на основе двух гендерных измерений: потестарного и экономического. В Афразийскую зону нестабильности авторы включают Ближний Восток (включая Северную Африку) и Большой Средний Восток (включая Среднюю Азию и Пакистан), а также страны Сахеля. Проведенный анализ позволяет сделать вывод, что по некоторым ценностным показателям страны Афразийской зоны образуют достаточно компактный кластер, который заметно отличается как от стран Африки южнее Сахеля, так и от восточно-исламских стран (Бангладеш, Индонезия и Малайзия). При этом особо выражены в этих измерениях отличия стран Афразийской зоны от Африки южнее Сахеля. Восточно-исламские страны достаточно сильно отличаются от стран Афразийской зоны в политическом гендерном пространстве, однако их отличия не столь выражены в экономическом гендерном пространстве, хотя и эти отличия, тем не менее являются статистически значимыми. Данное обстоятельство неплохо коррелирует с тем, что для стран Африки южнее Сахеля характерна высокая экономическая активность женщин, что радикально отличает их от стран Афразийской зоны, для большинства которых характерны рекордно низкие показатели доли экономически активных женщин. В то же самое время страны восточного ислама (для которых характерны показатели доли экономически активных женщин, близкие к среднемировым) не столь сильно отличаются от стран Афразийской зоны по этому показателю (хотя эти различия все-таки достаточно значительны).

МУСУЛЬМАНСКОЕ ОБРАЗОВАНИЕ И СОЦИАЛЬНАЯ МОБИЛЬНОСТЬ В МАМЛЮКСКОМ СУЛТАНАТЕ БУРДЖИ (1382–1517)

ЗЕЛЕНЕВ ЕВГЕНИЙ ИЛЬИЧ, ИЛЮШИНА МИЛАНА ЮРЬЕВНА

В статье ставится цель исследовать влияние образования на социальный статус личности в период пребывания у власти мамлюкских султанов-бурджитов (1382–1517), которые преимущественно были выходцами с Кавказа. Более ста лет мамлюки-бурджиты контро-лировали политическую власть в Египте и Сирии, пока в 1517 г. не потерпели сокрушительное и во многом неожиданное поражение от Селима I. Авторы придерживаются той точки зрения, что исламскому образованию присущи целостность и обособленность в мире опытного знания, а также вовлеченность в формирование социальной реальности, включенной в индивидуальные биографические ситуации. Источниковедческую базу исследования составляют труды историков и биографов мамлюкского периода – ал-Макризи, Ибн Тагри Бирди, Ибн Хаджара, Ас-Сахави. В статье были использованы работы современных исследователей истории и теории мусульманского образования.

МЕСТО КИТАЯ ВО ВНЕШНЕЭКОНОМИЧЕСКИХ ПРИОРИТЕТАХ МЕКСИКИ

КОСЕВИЧ ЕКАТЕРИНА ЮРЬЕВНА

Разногласия в коммерческой сфере, имевшие место в начале XXIв., привели к тому, что Китай до недавнего времени не был особенно заинтересован в сближении с Мексикой, отдавая предпочтение другим латиноамериканским странам. В последние годы в мексикано-китайских отношениях наблюдается значительный прогресс. Дополнительным толчком к активизации сотрудничества между Пекином и Мехико стало президентство Дональда Трампа, характеризующееся отсутствием долгосрочной латиноамериканской политики, а также постепенным свертыванием в этом регионе присутствия Вашингтона. Это дает Китаю прекрасную возможность заполнить образующиеся в результате ухудшения мексикано-американских отношений ниши, не оглядываясь на неудачи в прошлом.

ГРУППА СТРАТЕГИЧЕСКОГО ВИДЕНИЯ "РОССИЯ – ИСЛАМСКИЙ МИР" КАК ИНСТРУМЕНТ "МЯГКОЙ СИЛЫ" ВО ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ГИМАТДИНОВ РАДИК РУСТАМОВИЧ

В статье анализируются предыстория создания и эволюция деятельности Группы стратегического видения «Россия – Исламский мир». Группа была создана в 2006 г. изначально как площадка для консультаций на уровне авторитетных общественно-политических деятелей с целью поиска решений актуальных проблем выстраивания отношений между Россией и исламским миром, с особым акцентом на разработку новых принципов партнерства цивилизаций. После четырехлетнего перерыва, связанного, в частности, с событиями «арабской весны», в 2014 г. регулярная работа Группы возобновилась. В настоящее время ее деятельность направлена на формирование инструментов «мягкой силы» для укрепления отношений России с мусульманскими странами, налаживания широкого партнерства в сфере взаимодействия культур и цивилизаций, преодоления кризисов и конфликтов, возникающих на почве религиозных и этнических различий. Работа ведется по нескольким направлениям, охватывающим вопросы экономического сотрудничества, реализации культурных и образовательных проектов, работы с молодежью, целенаправленного взаимодействия со СМИ. Характерной особенностью стал акцент на осуществление конкретных проектов, вовлеченность в мероприятия российских регионов с мусульманским населением. В статье рассматриваются сопутствующие проблемы, предлагаются возможные пути их решения и перспективные направления совершенствования деятельности в формате Группы.

К ВОПРОСУ О ТЕРМИНЕ "КУЛЬТУРНОЕ ПРОСТРАНСТВО КИТАЙСКОЙ ИЕРОГЛИФИКИ"

ЖАНЦАНОВА МАРИНА ГЕОРГИЕВНА, ХАЙДАПОВА МАРИНА БАТО-ОЧИРОВНА

В статье исследуется история возникновения и последующего употребления термина «культурное пространство китайской иероглифики» (кит. 汉字文化圈 / 漢字文化圈 ханьцзы вэньхуа цюань; яп. 漢字文化圏 кандзи бунка-кэн). Термин был создан японским ученым Камэи Такаси и впоследствии получил распространение за пределами Японии, особенно в Китае, где органично вписался в государственную языковую политику «мягкой силы», способствуя культурной интеграции «иероглифических» стран и укреплению цивилизационного влияния Китая в Азии.

ИННОВАЦИИ В ИЗУЧЕНИИ ЕГИПЕТСКОЙ КЕРАМИКИ 3-ГО ТЫС. ДО Н.Э.: ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ

МАЛЫХ СВЕТЛАНА ЕВГЕНЬЕВНА

КУЦЕНКОВ А. А. ОЧЕРКИ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА ИНДИИ. Ч. I. М.: ИВ РАН, 2017 196 С.; Ч. II. ГРАЖДАНСКОЕ ОБЩЕСТВО: ОРГАНИЗАЦИИ И ДВИЖЕНИЯ. М.: ИВ РАН, 2018, 280 С. Ч. III. "СУВЕРЕННОЕ ПРАВО НАРОДА" И ЛЕГИТИМНОСТЬ ВЛАСТИ. М.: ИВ РАН, 2018, 212 С

БЕЛОКРЕНИЦКИЙ ВЯЧЕСЛАВ ЯКОВЛЕВИЧ

ВАСИЛЬКОВ Я. В. "БУРЕБОРСТВЕННЫЙ ПУТЕШЕСТВЕННИК": ЖИЗНЬ И ТРУДЫ ГЕРАСИМА СТЕПАНОВИЧА ЛЕБЕДЕВА (1749–1817). СПБ.: МАЭ РАН, 2017. 508 С., ИЛ. (KUNSTKAMERA PETROPOLITANA)

СКОРОХОДОВА ТАТЬЯНА ГРИГОРЬЕВНА

ECONOMIC DEVELOPMENT IN AFRICA REPORT 2018: MIGRATION FOR STRUCTURAL TRANSFORMATION. UNCTAD, NEW YORK AND GENEVA, 2018. 204 PP

МОРОЗОВ ВАЛЕРИЙ ПЕТРОВИЧ, РЫБАЛКИНА ИННА ГЕННАДЬЕВНА

СЕРГЕЙ НАУМОВИЧ КАМЕНЕВ (1951–2018)

Colleagues and friends

This content is a part of the Регионоведение collection from eLIBRARY.
If you are interested to know more about access and subscription options, you are welcome to leave your request below or contact us by eresources@mippbooks.com

Request

Unfortunately, we have no right to provide any kind of access to this resource in the territory of Western Europe. In any case, we will process your request and contact you with possible variants of solution.